В личных каютах, в большом помещении, которое, по-видимому, служило кают-компанией, в машинном отделении, в мастерской – повсюду только по креплениям можно было понять, что тут находилась мебель. В стенах кают-компании сохранились длинные низкие ниши и маленькие уютные углубления, но, когда все постельные принадлежности уничтожены, как можно догадаться, каковы они были, эти постели, кто на них спал? Одежда, украшения, обеденная и кухонная посуда – ничего не осталось. Одно помещение, вероятно, было туалетом, но никаких принадлежностей там не сохранилось. Другое место могло служить для научных занятий, в частности, для изучения пойманных животных, но и там все было так пусто, что ни один человек ничего бы не понял.

«Клянусь богом, ими стоит восхищаться! – подумал Торранс. – Захваченный существами, которых они считали отвратительными чудовищами, экипаж чужаков не избрал легкий путь – атомный взрыв, который уничтожил бы оба корабля. Вероятно, они так бы и поступили, если бы корабль не был зверинцем… Увидев в этом надежду на спасение, они ухватились за нее с невероятной смелостью, которой вряд ли обладал кто-либо из людей. Теперь они сидят на виду у всех, ожидая, пока чудовища уйдут или пока военный корабль не освободит их. Они не знали, что их захватчики не аддеркопы, не знали и того, что вскоре этот сектор будет заполнен их кораблями. Так что в пределах имеющейся у них информации чужаки действовали вполне логично. Но сколько нервов это стоило?

Я хотел бы найти их и подружиться с ними. Иксяне могли бы стать отличными напарниками землян, жителей Рамамунджана или Фрейи, или всей Политехнической Лиги. – Он криво улыбнулся. – Держу пари, их вряд ли можно легко надуть, как надеется на это старый Ник. Они сами его надуют, и хотел бы я это увидеть! Мое желание их найти более логично, – продолжал он, загрустив. – Если мы не разберемся с этим недоразумением как можно быстрее, не будет ни нас, ни их. И очень скоро. Хорошо, если у нас есть еще три-четыре дня отсрочки».